www.literaturaplus.de стихи проза

ВЫНУЖДЕННАЯ ВАХТА

Когда мы с мужем переехали в Германию нам пришлось начинать новую жизнь с общежития: спать на нарах в маленькой комнатушке и встречаться с соседями, с такими же переселенцами, как и мы, в местах общего пользования. Но мы знали, что это явление временное, поэтому не отчаивались. Одни семьи въезжали, другие выезжали, перебираясь в отдельные квартиры. Многих переселенцев мы уже и не помним, но коренастого солидного мужчину Фёдора и его взрослого сына Александра, вряд ли когда забудем. В первый же день Александр умудрился поджарить на плите чайник. На следующий день у его отца сгорела кастрюля с картошкой. Потенциальные поджигатели были взяты под контроль. Как только дверь их комнаты отворялась, все соседи были начеку и периодически выглядывали на кухню. Сколько кастрюль и чайников было спасено, сказать трудно, но в результате шефства над ними мы подружились. С первых дней проживания в новой стране, а может быть и раньше, отец освободил сына от всех житейских хлопот, взвалив все заботы на себя. От скуки сынок занялся гимнастикой в тесной комнате общежития. Как-то неудачно приземлился после прыжка и сломал ногу. Фёдор сокрушался и причитал с горечью: «Я виноват, что недоглядел за сыном».
Вообще, отец с сыном оказались своеобразными людьми. Они не стали загружать себя многочисленными баулами при переезде в  другую страну, как поступали многие переселенцы, а приехали налегке, в шортах и майках с одним чемоданом. Да и в нём нашлось место лишь для настенных часов и кучи старых фотографий, на которых были изображены двоюродные и троюродные тётушки и дядюшки. Несколько фотоплёнок, отснятых не одно десятилетие назад, тоже было прихвачено Фёдором с целью, непременно проявить их в Германии.

Вдруг резко похолодало, и Александр отправился покупать себе новые джинсы. Фёдор ахнул от удивления, увидев возвратившегося сына в тех же шортах, но в ярко-красной фуражке с эмблемой знаменитого немецкого автогонщика Шумахера. Александр выложил за покупку все деньги, полученные от отца, но быстро разочаровался. Не пропадать же добру, и Фёдор украсил свою крупную лысоватую голову фирменной фуражкой, которая едва прикрывала его макушку.

Наконец-то, мы подыскали себе подходящую квартиру и уехали из общежития, не забыв и о наших приятелях. Через пару месяцев Фёдору с сыном мы нашли жильё по соседству с нами.

В назначенное время муж приехал в общежитие, чтобы помочь друзьям с переездом. Заказанная машина дожидалась у подъезда, а будущие новосёлы, только что проснувшись, в спешке собирали разбросанные по всей комнате вещи. Их гордость – часы с кукушкой так и остались висеть на стене в опустевшей комнате общежития. Лишь через неделю забытая реликвия заняла достойное место в новой квартире.

После переезда Фёдор с Александром решили оклеить свою квартиру красивыми обоями.

- Что-то наши друзья не звонят, не сообщают о своих успехах, – вспомнила я.

- Ещё только месяц прошёл, они же никогда не торопятся, –  заметил муж.

- Наверное, уже закончили, пойдём, посмотрим. Заодно отнесём им наш подарок к новоселью – чайник со свистком. Жаль, что не продают кастрюли с таким сигналом. Они бы нашим друзьям пригодились.

Войдя в их квартиру, мы онемели. На стене красовалась лишь одна приклеенная полоса новых обоев.

- А мы только вчера приступили к ремонту, – объяснил нам Фёдор. – Всё было некогда.

- Ну, если вы будете так работать, то через год непременно осилите, – пошутил муж.

- Растягивать мы не будем. Александра направляют на языковые курсы, а я один не справлюсь с ремонтом. Так что скоро закончим, – уверил себя и нас Фёдор.

Глубокой ночью нас разбудил телефонный звонок.

- Я умираю! – кричал Фёдор в трубку.

Муж вызвал скорую помощь, и, быстро одевшись, побежал к приятелю.

С подозрением на инфаркт, медики решили госпитализировать больного. Двое санитаров принесли носилки, уложили Фёдора, но не смогли даже приподнять, пациент весил больше ста килограммов. С помощью врача и моего мужа носилки приподняли и понесли. Много усилий было затрачено, чтобы спуститься с таким грузом по ступенькам с шестого этажа. На следующий день, ближе к вечеру, мы встретили Фёдора, он торопился в ближайший продуктовый магазин. Мы застыли на месте от удивления. 

- Вот убежал я из больницы в самоволку, – объяснил он. – Сегодня приезжает Саша с ночёвкой, его надо накормить.

Как-то, выходя из квартиры, Фёдор открыл ключом свой почтовый ящик, извлёк оттуда письмо. Он так увлёкся чтением, что оставил в замке ящика всю связку ключей. Через полчаса вернулся домой и обнаружил дверь своей квартиры приоткрытой. «Саша, наверное, приехал и не захлопнул дверь», – предположил он, намериваясь пожурить сына. Но ругать пришлось себя. Исчезли из квартиры новый телевизор и видеомагнитофон. Фёдор торопливо залез в карман куртки – ключей не оказалось, и тут он сообразил, где оставил ключи. По ступеням опрометью, он спустился на первый этаж, с надеждой подбежал к почтовому ящику – ключей не было. Обращение в полицию не помогло вернуть ценные вещи. Да и сами полицейские удивлялись наивному потерпевшему, который оставил свои ключи грабителям вместе с адресом своей квартиры.

Александр тоже добавлял расходов. У него неоднократно похищали бумажник с документами и деньгами из заднего кармана джинсов. Неоднократно приходилось парню выправлять документы вновь.

После стольких потерь Фёдор перешёл на режим строжайшей экономии, в основном для себя. Александр не желал ничего менять в укладе своей жизни: покупал приглянувшиеся ему вещи, ходил с друзьями в кафе и рестораны, не задумываясь, как выкрутится родитель. И родитель выкручивался: покупал самые дешёвые продукты, одевался в поношенную одежду из магазинов Красного Креста. Он даже изобрёл способ экономии воды. Однажды, находясь у него в квартире, мы услышали звук падающих капель воды, доносившийся из ванной комнаты.

- Это я тонкой струёй собираю воду, – пояснил Фёдор. – Потом постираю бельё.

- А что нельзя сразу налить воды в ванну? – удивились мы.

- В том-то и дело. Если собираешь воду каплями, счётчик воды не включается. На этом я экономлю воду и деньги, – заверил рационализатор.

- Эконом, ты наш эконом! – рассмеялись мы.

Фёдор приспособился экономить деньги также при поездках на общественном транспорте. Сядет он рядом с компостером и держит билет наготове, посматривая по сторонам в ожидании контролёров. Иногда бывали осечки, задумается наш штирлиц, а контролёр тут как тут. В таком случае наш друг пускал слезу. Но проверяющих разжалобить трудно – приходилось платить штраф. Но у Фёдора своя арифметика, он продолжает ездить «зайцем», считая, что так дешевле.

Окончив языковые курсы, Александр настолько расслабился, что не желал ничем заниматься. Он допоздна сидел за компьютером, приобретенным заботливым отцом, и развлекался играми. После нескольких предупреждений социальное ведомство лишило парня половины пособия. Уговоры не помогали, Фёдор в растерянности решился на последний шаг – жениться на бывшей жене, матери Саши. Потенциальная невеста с радостью приняла предложение, прислала необходимые документы, и через несколько месяцев наступил долгожданный день бракосочетания.

Саша отказался участвовать, как он выразился в «театрализованном представлении», а мы с мужем, в качестве свидетелей, прибыли к месту регистрации с букетом красных пионов.

Невеста в строгом платье тёмно-синего цвета и жених в новом сером костюме выглядели усталыми и озабоченными. Брюки у Фёдора наэлектризовались и прилипли к ногам.

- Надо смочить руки и провести по штанинам, – посоветовала я.

- Где тут искать воду? Да пора уже идти на регистрацию, – возразил жених, наклоняясь, чтобы расправить брюки.

- Фёдор купил костюм в впопыхах, только вчера. Допоздна пришлось мне возиться, брюки укорачивать, – пожаловалась нам невеста. – Федя, у тебя на плече пиджака шов разошёлся! – с огорчением заметила она.

- Это замечательно! – отреагировал жених. – Завтра же сдам костюм обратно в магазин. – А ты удлинишь брюки, сделаешь, как было раньше, – обратился Фёдор к будущей супруге. – Хорошо, что у нас отрезанная полоска ткани осталась.

После бракосочетания мы отправились в греческий ресторан и под звуки «сиртаки» обмыли молодожёнов.

На следующий день Фёдор отправился в магазин и, проявив настойчивость, сдал свадебный костюм обратно, но деньги пришлось выбивать целый год через серию специальных проверок. А вот с сыном он просчитался. Мать тоже не сумела справиться с ним. Он по-прежнему продолжал бездельничать, пока его не призвали на службу в армию. Жена тут же вернулась в Россию, наведываясь иногда к мужу, чтобы забрать причитающееся ей социальное пособие.

Армейская служба не тяготила парня. Выходные дни он проводил дома, курсируя бесплатно в шикарном скоростном поезде из Мюнхена в Кёльн. Он даже не забывал прихватить с собой грязное бельё.  У отца начиналась работа и забота: обстирать, накормить сына и отправить в дальнюю дорогу с гостинцами. В душе Фёдор надеялся, что через год службы сын повзрослеет и вернётся домой с приличной суммой денег. Каждому солдату Германии выдают месячное жалованье, в то время это составляло 800 марок. Но сын, не привыкший ни в чём себе отказывать, закончил службу без накоплений.

Фёдор не упрекал сына, и мечтал лишь об одном, чтобы тот непременно получил высшее образование. Закон был на стороне Александра. Ему, как переселенцу, проучившемуся в Российском институте три года, двери всех профильных высших учебных заведений открыты без экзаменов. Парень не захотел оставаться под опёкой отца и вслед за своим дружком уехал учиться в другой город. Подходящий момент настал, чтобы привыкнуть к самостоятельной жизни, но сердобольный родитель продолжал опекать сына: стирал белье, снабжал в дорогу свежеприготовленной снедью. Возникали и непредвиденные расходы. Когда сынок расплавил процессор компьютера, вскипятив на нём чайник, пришлось отцу поднапрячься и купить новый ноутбук.

Но этому агрегату тоже не суждено было долго служить. На этот раз отличился отец. Он поставил его на гладильную доску, чтобы, не отрываясь от дел, смотреть по Интернету программу телевидения из России. Курсируя по комнате, Фёдор нечаянно задел доску, и ноутбук рухнул на пол. Ругая гладильное приспособление последними словами, виновник пытался включить компьютер, но агрегат уснул навсегда. Саша не стал ругать родителя, он тут же заказал себе в кредит новый ноутбук круче прежнего. 

Однажды сынишка решил освежить свои утепленные ботинки в стиральной машине общежития, пришлось купить новые.

С учёбой тоже не заладилось. Через два года за неуспеваемость Сашу лишили стипендии. Отец начал выкраивать деньги сыну из своего пособия. Как любой студент в Германии, Александр пытался подрабатывать, но долго на работе не задерживался: то просыпал и его увольняли, то ему не нравился коллектив и он уходил сам.

Как-то позвонила жена и сообщила Фёдору, что нашла для сына богатую невесту. Идея отцу показалась заманчивой. Если найдётся невеста, да ещё материально обеспеченная, то заботы о сыне можно будет переложить на её плечи. Он понимал, что в Германии работающая женщина содержать лоботряса никогда не будет. Долго уговаривать Сашу не пришлось, да и потенциальная невеста Светлана клюнула на наживку. У неё в Москве было всё: и высокооплачиваемая работа, и обеспеченные заботливые родители. Но соблазн попасть в Германию был слишком велик.

Сборы были не долгими. Отец принарядил Александра: купил ему тёплую куртку, меховую шапку, дал денег на карманные расходы и отправил в Москву на встречу с будущей невестой. Шапку и новые кожаные перчатки Саша сразу же забыл в пригородной электричке, но знакомство состоялось. Прошёл год после той памятной встречи. Несколько раз за это время прилетал жених в Москву, влез в долги, почти забросил учёбу, но растопил сердце избранницы.  Как могло быть иначе: «бедный студент», так он себя называл, летал на самолёте, как на такси и появлялся с подарками и цветами. Свадьбу сыграли в Москве в дорогом ресторане.

К приезду жены в Германию Александр снял хорошую двухкомнатную квартиру, и на этом его миссия была завершена. Светлана обставила квартиру дорогой стильной мебелью, купила машину. Деньги на содержание дочери регулярно присылали родители. Фёдор был счастлив, и всем с гордостью рассказывал об удачной женитьбе сына. Прошли три года. Александр всё также сидел на первом курсе. Терпение у Светланы и её родителей иссякло. Молодую красивую женщину не прельщала перспектива заниматься тяжёлой работой, а другую ей не предлагали. Хорошенько поразмыслив, она собрала свои пожитки и вернулась в Москву. И остался молодец «у разбитого корыта», то есть с койкой в общежитии, в статусе вечного студента и на содержании своего любящего отца. 

Через семь лет учебы, сдав за это время пару экзаменов, перевелся Саша в другое учебное заведение, типа техникума. Грозился за полтора года закончить. С помощью друзей через пять лет получил долгожданный диплом и поехал в Москву к Светлане для примирения. И снова началась для парня спокойная семейная жизнь. Светлана работала в престижной фирме экономистом, получала хорошую зарплату, вывозила мужа на заграничные курорты, а муж кормил её обещаниями начать трудовую деятельность. Преуспел он лишь в одном – у Светланы появилась перспектива в скором времени стать матерью.

ДОВЕРИТЕЛЬНАЯ БЕСЕДА

В местной газете я наткнулась на заманчивое объявление о продаже обеденного стола со стульями, и загорелась идеей приобрести желаемое. Ехать предстояло недалеко, всего лишь сорок километров, но своей автомашины у нас не было, и я попросила соседа Алекса отвезти меня за покупкой. Это был крепкий молодой мужчина с пронзительным взглядом тёмных глаз. Мастерство и трудолюбие Алекса оценил хозяин нашего дома, поручая ему не только мелкие работы по ремонту сантехники, но и контроль над работой газового обогревательного аппарата. На мою просьбу съездить за мебелью сосед охотно откликнулся, и мы отправились на его стареньком Опеле в небольшой посёлок.  

Как часто случается в поездках, мы разговорились.

- Ты не слышала о моей семье никаких подробностей? – поинтересовался Алекс.

- Подробностей не слышала, но знаю, что вы живёте с женой и двумя детьми.

- Ты не всё знаешь. Видимо, тебе ещё не успели доложить, – ухмыльнулся сосед. – В общем, я шизофреник… Да ты не бойся, я уже несколько раз лечился и сейчас не буяню, – успокоил он.

 Его слова меня не утешили. Хотя я старалась не показывать страха, продолжать разговор с беззаботным видом уже не могла и притихла. Алекс тоже задумался на несколько минут, потом продолжил свой невесёлый рассказ.

- Я, конечно, не знаю, когда со мной случится очередной приступ, но лучше бы его никогда не испытывать. В такой момент я ощущаю себя другим человеком, а вернее богом. Моя жена мне представляется ведьмой, старший сын – чёртом, младший – ангелом. Я стремлюсь уничтожить все тёмные силы. Как-то я чуть не удушил жену. Вовремя соседи вызвали полицию и скорую, а то не знаю, чем бы всё закончилось. А уж разбитую мебель мы трижды заменяли в квартире, – с горечью добавил он.

После такого откровения мне захотелось выскочить из машины и бежать, куда глаза глядят, но мы уже подъехали к дому, где была заветная мебель. Навстречу нам вышел сгорбленный старичок в спортивных шортах и майке. Узнав, что мы покупатели, он приосанился,  молодцевато улыбнулся и пригласил в дом. По пути он расхваливал уникальный гарнитур, с которым ему придётся расстаться за бесценок, хотя так называемый бесценок, заключал в себе приличную сумму в евро. В ожидании чуда я вошла на веранду и оцепенела. Мне предлагали приобрести ветхую затёртую мебель, место которой давно было предназначено свалке.

Не увидев восторга на моём лице, старичок явно разочаровался.

- Мне нужно нечто другое, – отказалась я  от покупки, и, попрощавшись, поспешила к выходу.

Алекс, последовав за мной, попытался меня утешить.

- Объявлений много. Если найдёшь что-нибудь подходящее, скажи мне, и я тебя отвезу.

Но я не решилась больше испытывать свою судьбу и совершать поездки в компании Алекса. После очередного приступа его положили в психиатрическую клинику, а его жена решилась расстаться с ним навсегда.

 ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ