www.literaturaplus.de стихи проза

Выстелить строчки цветами и мхами,
Что-то томление смутное гложет…
Вы называете это стихами?
Стихи!
это то!
чем бьют!
по роже!

Наполнили чувственной мутью тазики
Любовных словечек транжиры.
Выплюньте постную косность классики,
Тома,
заплывшие
жиром!

Любовь и т. д., и прочие праздности…
Вконец стихи запушистили.
Отныне мы ляпаем только суразности!
Даешь!
виршИ!
ершистые!

наши уши
давно уж
в ловушке
сплетений
либерастичности
либерастений.

орут с желчью
зубами клацают
глядя на тысяча
девятьсот семнадцатый.

так
свой хвост прищемившей собаке
визжалось
ее визг
у меня
вызывает лишь жалость.

как моська и слон:
эта клика политическая
и Она –
Великая!
Октябрьская!
Социалистическая!

Три минуты назад
Я смотрел, как ползут без конца
Чьи-то немые тени
С усталыми, грустными лицами.
А после, проснувшись, вспомнил,
Что нет у меня лица.
Мы ведь сдаем их каптеру
Перед выходом на позиции.

Бруствер прогнил.
Ноют к дождю позвонки.
Какой уж тут к черту Кант
С его метафизикой нравов.
Фельдфебель пролаял хрипло:
«Примкнуть штыки!»
Мы нюхом чуем:
Будет стремительно и кроваво.

А дальше – последний рывок,
Боль охватит кольцом,
Сквозь лазареты в ад
Ляжет дорога кружная.
И будет в каптерке
Пылиться мое лицо.
В целом пригодное,
Но никому уже больше не нужное.

Как-то в саду
Я обратился к сэнсэю:
- Мозг мой в бреду.
Разум мой ждет панацею:
В чем сущность мира, мгновений, видений,
Красных знамений и белых знамений,
Перерождений и вырождений?
Гуру в ответ мне сказал:
- 180.

Молвил старик:
- Помни, что вечность не дремлет.
Мой ученик,
Виждь эту цифирь и внемли
Гласу миров, их падений, цветений,
Белых тюленей и красных оленей,
Предположений и расположений
Имя вовеки одно:
180.

- Но почему?
И что с этой цифрой мне делать?
Я не пойму!

А может сто сЕмьдьесят девять?
Но мой сэнсэй
обратился в журавля
и улетел.

Я возвращаюсь после боя.
В безмолвии домов полкИ.
Уже восход вонзил клыки
В плоть улиц за моей спиною.

И стены, лестницы, постели
Проломят первые лучи.
В расколах трещин кирпичи –
Так швы расходятся на теле.

Светло. На город постаревший,
На переулков тесных сброд
С восторгом рухнул небосвод.
И я – последний уцелевший
Своей спиной окаменевшей
Встречаю ядерный восход.

Через пару часов за тобой придет смерть.
Искореженным птицам на юг не успеть.
В растревоженном небе разорванный звон.
Безнадежно утерян последний патрон.

Эй, товарищ,
Волк тебе товарищ.
Ты память стоявших
Спиною к спине.
И птиц,
Распластанных
В вышине.

Эй, товарищ,
Приклад тебе товарищ.
И смысла нет верить
Ни в чью ворожбу.
Ты сам
Выбираешь свою
Судьбу.

Эй, товарищ,
Штык тебе товарищ.
И да святится
Дело твое,
Как птицы,
Нанизанные
На острие.

Эй, товарищ,
Ты сам себе товарищ
Теперь.

Под ногами ничейная дышит земля
Через пару часов она станет твоя.
В эту рыхлую землю войдет твоя жизнь,
И весной
из нее
прорастет
Коммунизм.

Из «Карманного справочника экстремиста» Читать далее →

Выдало б всё, если бы не твердили
Губы заклятье своё:
- Нет, не сама!…Эту душу сгубили…
Боже, прости же ЕЁ!

Зло не со зла в ней!
…И вмиг оборвётся
Говор бессвязный в ночи.
ЭТО лицо никогда не смеётся
И убеждает: – Молчи!

Не выдавай своей боли глубокой
Ни звёздной ночью, ни днём.
…В это же время, терзаясь жестоко,
В окна в покое своём

Та, что над ним издевалась прелюдно,
ТА, что смеялась над НИМ,
Шепчет неистово и безрассудно:
- Богом да будь ТЫ храним!

…Солнце взойдёт. Снова шут возродится.
Гордая спустится в зал.
Глупость с надменностью…Маски. И лица.
…Бог ничего не узнал…